Он превращает мечты в цели и решительно достигает их

21 июля 2011

Милана вновь улыбнулась в его объектив, поражаясь тому, как тесен мир.

«Не мир тесен — прослойка тонкая», — напомнил бы Гена.

Но Смирнов всё ещё беззаботно смотрел сладкие сны в отеле, тогда как Милана уже полчаса позировала Бертраму в мягких рассветных лучах.

Море, пляж, песок, совсем как когда-то на Мальдивах… Несмотря на некоторую недосказанность, сохранившуюся между нами, мы работаем слажено, и я по-прежнему понимаю его с первого взгляда. Лос-Анджелес хорошо на него влияет: Бертрам загорел, возмужал и расправил плечи. Приобрёл какую-то новую самоуверенность, которая идёт ему так же, как эта располагающая улыбка. Интересно, как я смотрюсь в его объективе? Что он сейчас думает обо мне — не как о модели, а как о Милане?

В перерыве он подошёл к ней.

— Знал, что ты не сможешь долго без съёмок.Милана лишь продолжила улыбаться в ответ. Мысли были самолётно сонными, все силы уходили на функционирование в режиме «модель, рекламирующая чёткую молодёжную одежду», а тело послушно принимало нужные позы то подпрыгивая на песке в порыве пляжного волейбола, то прислоняясь к мускулистому серфингисту, то расслабляясь на белом шезлонге.

Бертрам понимающе улыбнулся и протянул ей стаканчик «Starbucks». Милана отпила кофе и посмотрела на него чуть более осмысленным взглядом.

— Ты здесь надолго? — спросил Бертрам, оценив приобретённое внимание.

Он говорил по-английски с калифорнийском акцентом, а Милана, соскучившись по Парижу, перешла на французский.

— Улечу во вторник, — сказала она.

Бертрам кивнул, разглядывая её с интересом. Смотреть ему в глаза было сложнее, чем улыбаться в его объектив, и Милана молчала, смущённая нахлынувшими воспоминаниями об их скомканных отношениях. Хотелось поговорить с Бертрамом о чём-то личном, вспомнить лицей, обсудить его учёбу, узнать что-то интересное про LA, но почему-то в голове было совершенно пусто, и Милана вновь сосредоточилась на кофе.

— Ты хорошая модель, — неожиданно сказал он.

— А ты отличный фотограф, — в тон ответила она. — Я так обрадовалась, когда поняла, что буду работать с тобой…

— Ты француженка?

Милана обернулась. К ним подошёл загорелый шатен, с которым она снималась в паре.

— А ты? — спросила она, раздражённая внезапным вмешательством посторонних.

— Джей Джонс. Странно, что ты меня не знаешь.

— Не увлекаюсь серфингом, — сказала Милана, нехотя перейдя на английский.

— Ты британка, — он улыбнулся, довольный своей догадливостью.

Бертрам молча наблюдал за ними. Милана посмотрела на него, надеясь на дружескую поддержку, но Кловье лишь взглянул на часы и сказал:

— Через пятнадцать минут продолжим.

— Давай прогуляемся? — предложил Джонс и пошёл вперёд по пляжу.

Бертрам уже вернулся к съёмочной группе и о чём-то разговаривал с визажистом. Милана вздохнула и обречённо последовала за непонятным ей Джонсом, с которым ещё предстояло работать около часа.

— Ты точно меня не узнаёшь?

— Нет, не узнаю, — твёрдо сказала Милана.

Она сняла свои сандалии и шагала босиком по приятно массажному песку. Джей посмотрел на неё.

— А так?

— Хоть в профиль, хоть сзади, не узнаю, извини, — Милана улыбнулась.

— А я тебя узнал. Ты из рекламы, которая висит в «Macy’s».

Мимо пробежал по-утреннему бодрый спортсмен, Милана проводила его задумчивым взглядом.

Моя узнаваемость стремительно выросла после того, как наш с Марком страстный фотодуэт попал на страницы июльского глянца и украсил зоны продаж в магазинах парфюмерии и косметики. Я даже успела немного насладиться своей популярностью, останавливаясь рядом с рекламными постерами и отслеживая реакцию людей. Прикольно, когда модель с плоской картинки соотносят с реальным человеком.

Я не тщеславна, просто нравится, когда мою работу воспринимают вместе со мной. Ведь я не существую вне тех образов, которые примеряю перед камерой, они все — часть меня, я искреннее проявляюсь в каждой улыбке, свойственной мне и нужной фотографу. Ни один кадр не получился бы, не будь я такой Миланой.

Мне бывает по-настоящему грустно, когда на модель смотрят как на манекен, удобное лицо, нечто временное и совершенно незначительное, не достойное узнавания или запоминания. И потому особенно ценно, когда во мне видят ту, кем я на самом деле являюсь. Я зрелая фотогеничная личность, а не проходящая пустышка.

— Я певец.

Джонс решил разрушить интригу.

— Чётко тебе!

— И меня здесь все узнают, — не сдавался он.

— Спой что-нибудь!

— Спеть? — удивился он.

Милана посмотрела на него.

— Если ты хочешь, чтобы я видела в тебе певца, спой. Но я не понимаю, зачем нам знакомиться ближе, чем того требуют съёмки?

Он пожал плечами.

— Ты мне нравишься.

— Like me but don’t follow, — улыбнулась она. — Как в Instagram, окей?

— Like but don’t follow, — повторил он. — А мне нравится, спасибо!

Не поняв причину его воодушевления, Милана продолжила пляжное дефиле. Джей шёл рядом и что-то энергично набирал в своём iPhone.

— Как тебя назвать? Модель с равнодушным сердцем или мечта с золотыми волосами?

— Первый вариант, — не раздумывая, ответила Милана. — Это очень в духе времени. Ещё скажи, что у меня глаза цвета баксов, пустая душа и улыбка с изгибом корысти.

— Повтори, — попросил он.

— Зачем тебе это? — спросила Милана, остановившись напротив него.

— Я хочу написать песню, — прямо сказал Джей, показав ей открытые заметки. — Ты меня вдохновляешь.

— А, ну в таком случае…

Милана, оценив шутливо-серьёзный тон момента, включилась в игру.

— Она примеряет любовь так же легко, как Лабутены, и продаётся не хуже вещей, которые рекламирует. Её сердце бьётся в ритме времени, безразличного к чувствам. От неё не получишь тепла, лишь застывшие льдинки лицемерия. Она меняет маски и не умеет быть собой. Её просто нет.

— Погоди… Wow! — воскликнул Джей, закончив конспектировать. — Дай мне детали.

— Какие? — с улыбкой уточнила Милана.

— Что-нибудь такое… Клубы, машины, дизайнеры, кокс…

Она посмотрела на мягко шумящее море, ласкающее утренний берег в приливном порыве нежности.

Девочка с глазами цвета лета… Fuck no, нынче спрос на другие грани.

— Она теряется в клубах на дорогих party, разгоняет машины — Lamborghini, Bugatti, надевает голые платья, которые не рискнут примерить робкие светские львицы, но ей нет ни до кого дела, она сама по себе, заполняет одиночество холодным «Moёt & Chandon» и от всех печалей лечится тонкими полосками белого счастья, которые вдыхает с шёлковых простыней.

— С них неудобно, — поправил её Джей.

— Не нюхала — не знаю, — безразлично сказала Милана.

— Да я тоже не нюхаю, — заверил он. — А ты талантливая.

— Спасибо, — Милана улыбнулась. — С тебя роялти.

Он рассмеялся и наконец-то отвлёкся от своего iPhone.

— Хочешь сняться в моём клипе?

— Сначала песню напиши.

— Напишу, — пообещал Джей. — А потом ты станешь моей девушкой, да?

— Если мне понравится, как ты про меня cпоёшь, — пообещала Милана.

— Станешь, — уверенно заявил Джей, не сводя с неё глаз.

Милана пожала плечами и поправила волосы.

— Покажи, — попросил он.

Она продемонстрировала ему своё запястье. На этих съёмках приветствовались харизматичные особенности личностей, и Милане не пришлось маскировать своё тату, а Джей не стал вытаскивать серьгу из уха и скрывать многочисленные цитаты, которыми были изрисованы его плечи и лопатки.

— Живи моментом! Yeah!

Она лишь улыбнулась в ответ, не желая объяснять, что именно значит для неё это carpe diem. Многие понимают буквально — лови момент, живи прямо сейчас и не думай ни о прошлом, ни о будущем, но я нашла для себя другой смысл в этих простых словах. Я проживаю каждый момент так, словно это — самый ценный, самый важный эпизод моей жизни. Я хочу, чтобы каждый день был самым лучшим днём и не желаю тратить ни единого мгновения впустую.

— Сходим сегодня куда-нибудь? — предложил Джей.

Прилип, как мокрый песок…

Они медленно направились к съёмочной группе. Милана, планировавшая выспаться перед субботней работой, отрицательно покачала головой.

— Я тебя в Instagram зафолую, — пообещал он.

— Даже лайкнуть можешь.

Джей рассмеялся.

Солнце взошло выше и начало заглядывать в глаза своими яркими лучами. Милана, щурясь, надела Ray-Ban.

— Быстрее давайте! — поторопил Бертрам.

Работа закипела с новой энергией, подогреваемая разгорающимся днём. Настроение пропиталось пляжной беззаботностью, мысли наполнились шумом прибоя, а чувства всё ещё дремали, ничуть не потревоженные лёгким творческим флиртом с самонадеянным певцом.

©Smolenskaya.Moscow Все права защищены. Любое копирование текста возможно только с разрешения авторов. Если Вы хотите использовать текст, пожалуйста, напишите нам.


КУПИТЬ электронную / бумажную КНИГУ

 «Суррогат Любви». Избранные моменты