83. В этом возрасте всё решается быстро, мечтается ярко

9 июля 2007

— М-м-м, шестнадцать – Мартина медленно отпила шампанское и погрузилась в раздумья.

Они были в апартаментах Стивенс на Елисейских.

vecher_na_eliseyskih_polyah

Милане очень нравилась атмосфера этой просторной шестикомнатной квартиры: всё в светлых тонах, минимум мебели и отличный вид из окон. Воплощение современного парижского стиля и мировосприятия самой Мартины.

После позднего ужина они переместились из столовой в гостиную, где уже около часа медленно потягивали шампанское и разговаривали о моде и Шанель, о Париже и путешествиях. Тему трюфелей и французской кухни Милана тактично не поднимала, а Мартина больше не инициировала откровенных разговоров.

— Шестнадцать – это возраст максимальной взрослости, – неожиданно сказала Мартина. – Веришь в позитивный расклад собственной жизни. Весь мир словно вращается вокруг тебя. Ты – центр Вселенной. Всё решается быстро, мечтается ярко, планируется далеко. После этого пика начинается отупение. Взрослая жизнь – всё то же детское поведение с поправкой на возможности, морщины и статус.

Милана не знала, как реагировать на такое необычное заявление. Воцарилось уютное молчание. Джо Дассен создавал особенное настроение. Шампанское расслабляло.

— О чём мечтаешь? – Мартина первой нарушила тишину.

— Я?

Милана удивлённо посмотрела на неё. Она кивнула.

По сути, о чём?

— Не знаю… А ты?

— Стрелки переводишь? – хмыкнула Мартина и задумалась. – Сейчас всё сложно. Вот когда мне было шестнадцать, помню, была у меня яркая мечта. Такая манящая и притягательная, что всю жизнь пришлось под неё подстроить.

Милана внимательно смотрела на неё. Мартина, задумчиво улыбаясь, кивнула на единственную фотографию, висевшую на абсолютно пустой белой стене. Фото было классически чёрно-белым. На заднем фоне – конь и несколько человек в свободных позах, на переднем плане – высокий мужчина в костюме для верховой езды.

— Мой отец, – сказала Мартина. – Последний адекватный Стивенс.

Милана снова не знала, как реагировать, поэтому она просто смотрела на фото в поисках сходства. Глаза, губы, улыбка…

— Он упал с лошади, когда мне было пятнадцать. Погиб.

— Мне очень жаль, – сказала Милана. – Не люблю, когда приносят соболезнования, всегда кажется, что фальшивят. Но мне на самом деле жаль.

— И мне, – Мартина всё ещё смотрела на фото. – После его смерти дома стало невыносимо. Наверное, чем сложнее реальность, тем ярче мечта. Жизнь тогда казалась серой, а мечта грела, как солнце. Я только и мечтала, чтобы уехать.

— Куда?

— Не важно, – Стивенс махнула рукой. – Куда угодно. В Париж, в идеале. А надо было быть в Лондоне – мать строила планы. Английское образование, аристократ муж. Мне было шестнадцать, а на меня ставили, как на лошадь. Люблю смотреть скачки, но участвовать в них никогда не было желания. Понимаешь?

Милана задумчиво кивнула.

— И что ты сделала?

— Сбежала, of course, – Мартина улыбалась. – Жила у подруги, работала моделью. Потом умерла my grandmother. Выяснилось, что она меня любила. Только по-особенному, заморожено, как у нас принято.

Милана рассмеялась. Стивенс кивнула.

— Да, забавно. Она завещала мне половину своего состояния. А вторую половину – своему бойфренду. После смерти высказалась против arranged marriages. Благодаря её запоздалому бунту, я и переехала в Париж. Сбылась мечта.

Снова уютное молчание. Милана осмысляла полученную информацию, мозаика «Мартина Стивенс» начинала медленно складываться.

— Вы не общаетесь с матерью? – спросила Милана через некоторое время.

— Общаемся, как же. Christmas cards никто не отменял, – Стивенс слегка поморщилась. – Брата жалко. Ему она теперь мозги за двоих компостирует.

— У тебя тоже есть брат? – удивилась Милана.

— Да, младший. Джеймс, ему девятнадцать и он попал, – рассмеялась Мартина. – У тебя тоже брат, да?

— Антоний, ему двадцать два, – в тон ответила Милана.

— И как у вас отношения?

Спрашивает так, словно знает ответ.

— Заморожено.

Милана тоже слегка поморщилась. Стивенс рассмеялась и тактично сменила тему.

— Точно ни о чём не мечтаешь? – спросила она.

— Мечтаю, наверное, но это никогда не сбудется, – помедлив, ответила Милана. Откровенность за откровенность.

— Почему? – Мартина внимательно смотрела на неё.

— Мертвых не оживишь.

— Так, – Мартина замолчала, затем улыбнулась. – Знаешь, надо нам придумать тебе живую мечту. Срочно! Иначе скиснешь.

— Merci, – улыбнулась Милана. – Спасибо, что не расспрашиваешь сейчас.

— Улыбайся-улыбайся, а у меня уже есть идея.

Мартина поставила бокал на столик и окинула Милану оценивающим взглядом. Затем посмотрела на свои часы.

— Какая идея? – напряглась Смоленская.

— Терпение, дорогая. Утром узнаешь. А сейчас – спать!

Да, наверное, пора. Два утра, а нам по кайфу. Временная разница меня ещё не нагнала, живу в том часовом поясе, в котором мне удобно. Миланский часовой пояс – это норма.
©Smolenskaya.Moscow Все права защищены. Любое копирование текста возможно только с разрешения авторов. Если Вы хотите использовать текст, пожалуйста, напишите нам.


Предыдущий эпизод: 82. British lady Стивенс – как же мне повезло вас встретить

Следующий эпизод: 84. Вставай, у нас по плану фитнес. И я твой персональный тренер

Оглавление. Часть 3

Все эпизоды

Читать на английском языке