33. Понимать нет смысла, надо просто ценить такой микс. И кормить

28 марта 2008

Милана была в коротких денимовых шортах и серой майке с Микки-Маусом. На невообразимо высоких каблуках, грозящих вывихом.

— Так? – она слегка повернулась, демонстрируя длинные ноги или туфли.

Фотограф кивнул. Вспышка. Милана заметила Макса и засияла. Фотограф активнее защёлкал камерой.

— Макс! – она шагнула ему навстречу.

Что на каблуках, что босиком – одинаково лёгкая походка. Что с грузом проблем, что без – всегда яркая улыбка. Потрясная она.

— Привет, – он обнял её.

— Пицца закончилась, – Милана виновато улыбнулась.

— Ты её закончила? – рассмеялся он.

Она кивнула.

— Ты же не обижаешься? Ещё один образ и всё, сразу поедем обедать, – пообещала она.

— Ужинать, – поправил он. – И я не сержусь из-за пиццы. Работай, я понаблюдаю.

Милана ушла переодеваться, а через десять минут уже встала на фоне белой стены в коротком платье с пайетками и с высоким начёсом на голове. Фото-фото-фото.

Какая-то девушка подошла и начала поправлять ей прическу. Милана что-то сказала, и девушка рассмеялась. Он тоже чувствовал, что настроение всегда улучшается рядом с ней.

От неё исходит какая-то особенная энергия. Все, кто рядом, начинают улыбаться и вовлекаются в происходящее. Вовлекаются в жизнь как таковую, похоже.

Фото-фото-фото.

Для кого-то она просто модель. Для меня – модель идеальной девушки. Выбрал себе такой красивый компас по жизни.

Послышались аплодисменты. В студию зашло несколько ребят, видимо – дизайнеры.

— Детка, ты шикарна, – сказал один из них.

— Love you guys, – Милана послала им воздушный поцелуй и упорхнула переодеваться.

Так. С мечтой всё сложно у нас обоих, но вот это «love» надо обсудить. Что для неё love?

Она вышла через десять минут. В джинсах, кожаной куртке и тех самых туфлях на сверхвысоком каблуке. Волосы убраны в пучок. Быстро попрощалась со всеми в своей фирменной манере «всех люблю, всем мир» и подошла к нему.

— Идём? – она улыбнулась.

Макияж смыт, можно поцеловать.

— Идём, – он поцеловал её и обнял за талию.

Они сели в машину. Милана улыбалась, напевая трек, игравший в студии во время съёмок. От неё пахло какими-то новыми духами и сигаретами.

— Ты курила? – строго спросил он.

Она рассмеялась и покачала головой.

— Нет, конечно. Это Джонни курит постоянно, дизайнер, ты его видел.

— Тот, которому ты в любви признавалась?

Он внимательно посмотрел на неё. Милана снова рассмеялась.

— Макс, он гей.

— Ладно.

Он улыбнулся и отъехал с парковки. Милана включила музыку и начала перелистывать треки, затем зевнула и откинулась на сидении.

Да, мы почти не спали.

— Духи новые? – решил уточнить он.

— Для съёмки.

— В смысле?

Милана задумчиво посмотрела на себя в зеркало заднего вида и, помедлив, ответила:

— Создаю себя так каждый раз. Музыка помогает извне, а на мне духи, макияж, одежда. Знаешь, чтобы убедительно было.

— Прям актриса, – отметил он.

— Так модель и есть актриса в чём-то. Если ответственно относиться к теме фотосета, надо вживаться в образ. Работаешь мимикой, никаких слов, никаких движений. Фото – это статика. А эти все детали помогают играть.

— Не думал об этом раньше.

— Тяжёлая съёмка сегодня, – пожаловалась Милана через некоторое время.

— Тоже показалось, что каблуки высоковаты!

Он оценивающе посмотрел на её туфли.

— Не про это, – она рассмеялась, повертев ногой. – В них, как в тапочках.

— Ну-ну, – Макс скептически фыркнул.

— Честное слово! – Милана выразительно кивнула в подтверждение истинности своих слов и воскликнула. – Привет, парижская пробка! Я есть хочу.

Факт, пробка. С пробками всё просто и понятно. С Миланой, как обычно, загадочно. Съела пиццу, но голодная. Каблуки 15 см, но как в тапочках. Понимать нет смысла, надо просто ценить такой микс. И кормить.

— Возьми сзади в пакете яблоко, – предложил Макс, радуясь своей предусмотрительности.

— Ты мой спаситель, – она эффектно потянулась за пакетом, достала яблоко и с довольным видом откусила почти треть.

— По сути, сложная съёмка, – рассмеялся он.

— Будешь? – она протянула ему яблоко.

— Нет, сейчас поужинаем уже. Так чё сложного было? Смотрелась ты чётко.

— Спасибо, – она с сочным хрустом откусила более скромный кусочек и улыбнулась. – Много образов, мало времени, ещё и одежда вся демократичная. Кризис же.

— Точно! – он кивнул. – Пропагандируешь экономию?

— Зарабатываю на этом, да, – улыбнулась Милана.

— Да брось, тебе же не надо зарабатывать.

Машины впереди слегка ожили, Макс нажал на газ.

— Por que? – она рассмеялась. – Знаешь, как это прикольно.

— Ты что, испанский учишь?

Он с интересом посмотрел на неё. Она кивнула.

— Мы же едем в Барселону!

Да, через месяц. Снова она вникает, учит испанский. А мне даже ничего не сказала. Сюрприз ходячий.

— Дедуля самолёт одолжил, – она довольно улыбалась. – На Монако тоже.

Макс молча пошёл на обгон, осмысляя новые повороты.

— Тогда с меня – вилла.

Она серьёзно посмотрела на него и, дожевав яблоко, спросила:

— А там кормят?

Он расхохотался.

— Нет. Но в саду растут яблоки и апельсины.

Милана, смеясь, посмотрела на него.

— Ты в кого такой чёткий?

— А вот, повезло тебе вдруг, – серьёзно ответил он.

Взаимно у нас всё. И love you твоё прояснилось. Parole-parole, а так ты смотришь только на меня. И яблоки так кусаешь тоже только со мной. И испанский даже учишь – на «Формулу» едем вместе.

В игре самолеты-виллы мы почти не уступаем друг другу, а вот испанский мне надо освежить. Стыдно проиграть Милане в знании своего родного языка.
©Smolenskaya.Moscow Все права защищены. Любое копирование текста возможно только с разрешения авторов. Если Вы хотите использовать текст, пожалуйста, напишите нам.


Предыдущий эпизод: 32. Следовать своей мечте – большое счастье

Следующий эпизод: 34. Когда говорю «хочу Bentley», думаю о Максе. Забавно так всё

Оглавление. Часть 1

Все эпизоды