189. У меня удобные кожаные туфли – о хрустальных больше не мечтаю

19 ноября 2008

— Макс, я не знаю, не понимаю, что я здесь делаю, но мне так хотелось увидеть тебя. Спасибо, что приехал, – сбивчиво пробормотала Милана.

— Что у тебя случилось? – спокойно спросил он, не глядя в её сторону.

— Не знаю. Да это и не важно, – Милана пожала плечами и посмотрела на него.

Казалось, он ничуть не изменился. На мгновенье она даже решила, что они никогда не расставались и никогда не покидали Париж: живут вместе в его квартире, каждый день завтракают в новом кафе, не спят выходные напролёт, в свободное время разъезжают по Франции на его Bentley. Как давно мы не катались вместе…

Макс снова был за рулём, и Милана точно знала: теперь с ней всё будет в порядке, все проблемы позади, всё плохое в прошлом.

— Мне кажется, я знаю, – сказал Макс, взглянув на неё в зеркало заднего вида.

— Что знаешь? – Милана улыбнулась и поправила волосы.

— Знаю, какая у тебя проблема.

— М-м? Какая?

Она ожидала какой-нибудь шутки в ответ, однако Макс ответил очень серьёзным, не свойственным ему тоном.

— Твоя проблема – это ты сама.

— По факту, – Милана рассмеялась, стараясь придать разговору шутливый тон.

— Ты смеёшься, но знаешь, что я прав, – строго сказал он.

— Думаешь? – всё ещё улыбаясь, уточнила она, не совсем понимая, какую игру он затеял.

— Да. Думаю, что ты маленькая глупая девочка, которая сама не знает, чего хочет от окружающих, которая ждёт, что все будут играть по её правилам, но сама боится по ним жить.

Этот голос уже не принадлежал Максу. Милана поняла, что она не едет в машине, а сидит около изящного фонтана, окружённая зеленью сада.

— Макс? Где ты?

— Carpe diem, так ведь, принцесса? Разве ты живешь моментом? Ты рушишь жизни тех, кто впускает тебя в своё сердце, и сама убегаешь. Ты трусливая.

Неожиданно прямо перед ней возник Али.

— Ты вправду так считаешь? – испуганно спросила Милана.

Настроение резко ухудшилось. Она никак не ожидала услышать в свой адрес такие слова. Ещё больше ей не пришлась по душе их точность.

— Да, считаю. Ты трусливая и лживая. Прячешь чувства за стеной формальности, а от других ждёшь искренности. Ты не умеешь быть счастливой. Ты не живёшь моментом – ты прячешься за какой-то баррикадой из сожалений о прошлом и опасений за будущее. А я счастлив, Милана. Счастлив. Я окружаю себя всем, что мне нравится, а ты убегаешь от всего, чем начинаешь дорожить.

— Хватит! – взмолилась Милана.

— Вот именно, хватит бегать, Смоленская. Come to London!

Она открыла глаза и моргнула пару раз. Али уже не было.

Бывший парень, бывший парень, бывший одноклассник. Найдите лишнее звено.

— Смирнов? Ты здесь как оказался?

— Ты сама invited me, – ничуть не смутившись, ответил Гена. – Меня, Лейлу, Камилу. Ты же выходишь замуж, forgot?

— Я? За кого?

— За Арчи, of course.

— За Новикова?! – воскликнула Милана, но Гена исчез, а картина перед ней снова изменилась. Даже сквозь туман, застилавший глаза, она ясно разглядела очертания какого-то высокого замка, сильно напоминавшего диснеевский дворец.

— Милана! Ты вернулась! Где ключик от сказки? Этот золотой ключик не настоящий.

Маленькая Ализе теребила её за подол платья, которое оказалось свадебно белым. В руках девочка держала ключик Tiffany, подаренный ей Миланой.

— Ализе? – удивилась Милана. – Fuck. Что происходит?

Туман вновь застелил всё вокруг. Рассеялся он так же внезапно, как возник. Теперь вокруг была пустыня. Ступая по раскалённому песку, Милана испуганно озиралась, в надежде увидеть хотя бы одного человека, пусть даже незнакомого. Но никого не было. В небе тоже было странно пусто – ни облаков, ни птиц. Кругом – бескрайне одинокий простор. Полуденное солнце слепило глаза. Во рту была странная сухость, словно она не пила уже много часов.

— Где я? – вслух подумала Милана.

Ей никто не ответил. Пожалуй, главное и единственное преимущество пустыни заключалось в том, что там можно было думать вслух. Там вообще можно было делать всё, что придёт в голову.

— Нет свидетелей, нет судей, значит, можно побыть собой, – обрадовалась Милана, затем принялась рассуждать чуть громче. – Только какой «собой» мне быть? Хочу ли я снова быть той Миланой, которая вечно устраивает себе проблемы? Которая бежит, потому что так боится остановиться? Которая делает больно тем, кого любит, потому что знает, что рано или поздно они сделают больно ей? Которая дошла до пустыни одиночества и вот-вот засохнет прямо здесь?..

Кстати, как я попала сюда? И куда все делись? Так, до этого мне снился странный сон, но теперь всё прояснилось: отлично помню, что началось это с того, что я прилетела слишком поздно. А потом поехала не туда. Да, именно так. Но где же Мартина? И где мой телефон? Здесь есть связь?

Связь, может быть, и была, но телефона не нашлось. Только тогда Милана заметила, что она по-прежнему в безмятежно белом платье. Оно было таким роскошно неуместным, что она зажмурилась и моргнула пару раз, прежде чем убедиться в реальности происходящего.

Смотреть на сияющую белизну оказалось больнее, чем на песок, однако, Милана не могла отвести глаз от своего платья – настолько оно было манящим, притягательным, сказочным. Лёгкая ткань, сложный крой и такой ослепительный белый…

Если это не сон, почему я одна? Это ведь свадебное платье? Точно не платье подружки невесты, оно со шлейфом. Хотя, может, Мартина уже успела его усовершенствовать для меня… Где же все?

Она пошла вперёд, не зная точно, куда она идёт и что ждёт её впереди. Барханы, миражи… Может, посчастливится набрести на оазис?

С каждым шагом усталость всё больше мешала ей, да и наряд был не подходящим для пеших прогулок по пустыне. Длинный шлейф платья, сотканный из тончайшего кружева и украшенный золотым шитьем, медленно тянулся по безразличному песку, а ноги больно сдавливали…

Милана ахнула.

Те самые хрустальные туфельки!

Такие правильные, такие волшебные… и такие неудобные. Искусственные, чужие. Хотелось разуться, но идти босиком по раскалённому песку было невыносимо. Она вновь посмотрела по сторонам, уже не надеясь, лишь веря в случайное спасение. Но пейзаж был по-прежнему уныло однообразным, а её одиночество – абсолютным.

— Даже цветов нет, – Милана тоскливо посмотрела на саксаул, растущий неподалеку. Вдруг прямо у неё на глазах он превратился в перекати-поле и больно кольнул в ногу.

Милана вздрогнула и проснулась. Сделав несколько успокаивающих вдохов и хорошенько ущипнув себя за руку, она убедилась в совершенной реальности происходящего и с облегчением почувствовала, как сон постепенно уходит в прошлое. Покалывание, однако, лишь усилилось, и она поняла, что умудрилась отсидеть ногу. И этот физический дискомфорт окончательно вернул её к жизни. Милана улыбнулась, осторожно встала и прошлась по салону. Самолёт всё ещё парил высоко в небе.

Такие белые облака… Почти как то платье. Какое же оно было удивительное…

— Вам что-нибудь нужно? – к ней подошёл стюарт.

— Воды, пожалуйста.

Воспоминания о пустыне уже почти рассеялись, но Милане казалось, что она по-прежнему ощущает во рту сухость песка. Желанная вода очистила мысли.

Для полного счастья достаточно было просто сказать самой себе, на этот раз уже не вслух: «Это был всего лишь сон. Точно знаю, что он не сбудется. Во-первых, я сейчас лечу вовремя. Во-вторых, я ни за что не пойду бродить по пустыне, тем более – в одиночестве. И, в-третьих, у меня удобные кожаные туфли, а о хрустальных я больше не мечтаю!»

©Smolenskaya.Moscow Все права защищены. Любое копирование текста возможно только с разрешения авторов. Если Вы хотите использовать текст, пожалуйста, напишите нам.


Предыдущий эпизод: 188. Начну с правильных каблуков, а там – будь что будет

Следующий эпизод: 190. Такие, как он, не тоскуют по тому, что легко подлежит замене

Оглавление. Часть 5

Все эпизоды