142. Экран Vertu эффектно украсила паутинка трещин

5 октября 2008

Они наслаждались ужином в его любимом кафе, обсуждая прошедшую модную неделю и предстоящую поездку в Эмираты. Милана сидела напротив, с восторгом вспоминая некоторые моменты заключительного шоу. Может, его молчаливое внимание побуждало её нахваливать чужую коллекцию, а может, и вправду ей там что-то понравилось. Али решительно ничего не впечатлило, но ему не хотелось расстраивать Милану. К тому же, о вкусах не спорят.

Такая тиражируемая мода не для неё, на мой взгляд. Она сама задаёт свою моду, и это делает её такой уникальной.

— Знаешь, пора тебе уже свою коллекцию готовить, – сказал он, чтобы перевести разговор в более приятное русло. – Когда ты переедешь в Дубай, мы откроем тебе бутик.

— Правда? – она удивлённо взглянула на него.

— Конечно, помнишь, летом я тебе уже говорил об этом.

— Я не готова ещё, наверное, – Милана неуверенно улыбнулась.

— А мне кажется, самое время. У тебя всё реально стильно и индивидуально, гораздо лучше, чем на последнем показе.

— Спасибо, но ты мне льстишь.

— Ничуть.

— Платья там были просто великолепны! – неожиданно резко возразила Милана.

— Для музея пойдут, точно, но не для женщины,

Али постарался смягчить обострившееся вдруг противоречие. Она рассмеялась, но ничего не сказала.

Завибрировал её телефон. Она взглянула на дисплей и неуверенно отодвинула Vertu.

— Поговори, – улыбнулся Али. – Мы не спешим.

Милана кивнула и ответила на звонок в своем фирменном стиле – бодро и утвердительно.

— Да? Да, это я. Говорите.

В следующее мгновение Али довелось наблюдать неожиданно бурную для Миланы смену эмоций. Яркая улыбка сползла с лица подобно тому, как шёлковая ткань соскальзывает по гладкой обнажённой коже: эффектно и быстро. Тонкие пальцы сжали Vertu так, что побелели костяшки. Милана глубоко вдохнула и через несколько мгновений, которые, казалось, остановились для неё, спросила: «Когда?». Кивнула, слегка закусив нижнюю губу, чуть слышно пробормотала: «конечно» и прикрыла глаза. Внезапно телефон выскользнул у неё из руки, плавно и гулко приземлился на пол, чем привлёк внимание нескольких человек, в том числе – официанта. Милана моргнула, но даже не посмотрела вниз.

— Мадемуазель, – официант услужливо поднял Vertu и положил его на их столик.

— Благодарю, – она улыбнулась. Отстранённо механически.

Али казалось, что он слышит скрипучие протесты её лицевых мышц, которые меньше всего были готовы сейчас складываться в миловидную маску любезности.

— Что-то случилось? – обеспокоенно спросил он, внимательно глядя на неё.

— Спецэффект, – сказала она, отведя глаза, и нервно хихикнула.

Действительно, экран Vertu эффектно украсила паутинка трещин. Вот только что стало тому причиной?

Милана убрала телефон в клатч и улыбнулась, как ни в чём не бывало.

— Извини, отвлеклась. Так что ты говорил о моей коллекции? – спросила она неожиданно энергичным голосом.

Бывает, в состоянии стресса или болевого шока люди, которым нужна срочная медицинская помощь, ведут себя бодро и весело. Потом, правда, могут внезапно умереть.

— Милана, у тебя всё нормально в семье? – осторожно уточнил Али.

Она утвердительно закивала головой. Как прекрасная кукла с золотыми волосами, стеклянными изумрудными глазами и застывшей милой улыбкой. Неужели она мне не доверяет? Неужели между нами всегда будет эта странная граница, через которую я не переступаю, уважая территорию её комфорта, и которую Милана с каждым днём прорисовывает всё тщательней. Она рядом. Идеальная. Совершенная. Такая моя и такая недосягаемая.

Не та. Не такая, как в Эмиратах, когда сидела в гостиной, задумчиво водя карандашом по листу бумаги, когда рассуждала об устройстве мира в торговом центре, когда рассматривала арабески, когда мы вместе осуждали войну, когда ехали в зоопарк и спорили о том, хорошо ли там живётся тиграм. Тогда при виде меня она включала колкую оборону, отказывалась принимать подарки, критиковала мои покупки, рассказывая про бездумное заполнение душевной пустоты материальными предметами, и вызывала у меня то улыбку, то раздражение, то сочувствие, но неизменно – интерес.

Сейчас она более простая, какая-то плоская даже. Но, когда видел иные грани, надеешься, что дело не в бриллианте, а в освещении. Среда берёт своё, Париж шлифует её, сразу заметил – Милана здесь тусклее. Модная, стильная, красивая, внешне безупречная. По клубам бродит безмятежно, как по моему особняку, скользит равнодушным взглядом по жизни, интересуется сейчас всем типовым, не рисует и не мечтает. И не ясно, в чём дело. Может, ей не подходит климат или ритм этого города? Может, Дубай её как-то оживит?

— Прости, я не могу поехать с тобой в Дубай, – неожиданно сказала Милана.

— Можешь объяснить, почему? – он внимательно посмотрел на неё.

— Просто мне надо быть в Париже, – она опустила глаза и пожала своими хрупкими плечиками. – Очень.

Тут дело не в городе, а в ней самой…

©Smolenskaya.Moscow Все права защищены. Любое копирование текста возможно только с разрешения авторов. Если Вы хотите использовать текст, пожалуйста, напишите нам.


Предыдущий эпизод: 141. Наши отношения, как пламя свечи. А сейчас осень, ветра...

Следующий эпизод: 143. Смоленская, твой бриллиант должен сверкать. Для доньи Изабеллы

Оглавление. Часть 4

Все эпизоды