139. — Эта химия не поддаётся объяснению. — О чём ты? — О любви…

27 сентября 2008

Они поднялись на второй этаж.

— Куда мы идём? – нетерпеливо спросила Милана.

— Увидишь.

Али уверенно вёл её по извилистому коридору. Милана с интересом смотрела на стены, безупречная белизна которых время от времени дополнялась чередующимися арабесками.

— Разве вы не коллекционируете живопись?

— Почему ты так решила?

— Ни портретов, ни скульптур у вас здесь не вижу. И в Дубае, и в Абу-Даби тоже…

— В исламе не разрешается изображать людей и животных.

Али открыл одну из дверей. Они оказались на пороге огромной полутёмной комнаты, но Милана не спешила заглянуть внутрь.

— Вообще никаких животных? Почему?

Милана прислонилась было спиной к дверному косяку, но вовремя спохватилась и встала ровно. Женщина задаёт тон отношений. Или нет?

— Потому что люди не должны уподобляться Творцу, от этого все проблемы, – улыбнулся Али, заметив эту смену поз. – В некоторые запреты лучше не вдумываться.

Значит, подумаю об этом позже. И погуглю.

— А почему ты не коллекционируешь модерн, к примеру. Или концептуализм?

— Я покупаю только то, что мне нравится, – мягко сказал он и жестом пригласил её войти в комнату.

Каков ответ! Просто и со вкусом. Есть потребление ради понта, модное и неосмысленное, а есть качественное предпочтение, когда знаешь, ценишь, понимаешь и любишь вещь. Покупаешь то, что нравится лично тебе, а не то, что должно нравиться.

Али не понтуется своими машинами или часами, он в них разбирается. Вообще в каждом предмете выделяет что-то своё. И не покупает то, что не приносит кайфа, не окружает себя ненужными предметами, которые не согревают его мир эмоциями.

Мне только что открылась новая грань нашего с ним сходства.

Милана посмотрела по сторонам. По контрасту с роскошной гостиной здесь было непривычно пусто. Высокие окна, чистые белые стены, много света, мало мебели. Прямоугольный стол тёмного дерева, по глянцевой поверхности которого хотелось медленно провести кончиками пальцев. Ноутбук. Чёрное кожаное кресло, в котором, наверняка, величественно восседает Али, когда «увлекается бизнесом». Больше ничего.

Люблю пустоту и тишину. Два совершенных абсолюта, наполненные множеством смыслов. Два безгранично прекрасных дара. От нас требуется только одно – не нарушать тишину пустыми словами, не вытеснять пустоту лишними вещами. Не подменять суррогатом словесного и материального подлинную красоту незаполненного. Наслаждаться роскошной свободой мысли, созерцая безграничное и бесконечное, невыраженное и невысказанное… Нравится мне его кабинет.

— Это тебе, – неожиданно прервал её раздумья Али.

— Что это? – она удивлённо посмотрела на тёмно-синюю коробочку в его руке, затем на него.

— Раздаточный материал по химии, – улыбнулся он. – Изучай.

Милана послушно открыла коробочку.

— Ты подкупаешь меня? – спросила она, увидев кольцо с великолепным бриллиантом.

— Нет, просто влюбляю. – Али взял кольцо и поднёс его к свету, так, что прозрачный камень ожил, ярко сверкнув радугой. – В химию.

— В химию?

— Да. Что такое бриллиант? Это огранённый и отшлифованный особым образом алмаз – минерал кристаллического строения, превосходящий все другие минералы по блеску и твёрдости.

— Почему ты всё это знаешь? – удивилась Милана.

— Потому что я араб! А если серьёзно – всегда нравилась химия. Люблю убеждаться, как всё просто и сложно устроено в этой жизни. Алмаз, к примеру, аллотропная модификация углерода, то есть состоит из углерода, как и графит в карандашах, которыми ты рисуешь свои эскизы. Только кристаллы разные.

— Так красиво: увидеть в углероде алмаз или в алмазе – углерод. Такая химия мне уже интересна, – подумав, сказала Милана.

Он посмотрел на неё и улыбнулся.

— Нет, есть ещё более интересная химия.

— Ещё более интересная? – эхом отозвалась Милана, любуясь игрой света в бриллианте.

— Да, но её не проходят в школе.

— Нас берегут от всего интересного и реально полезного! – возмутилась Милана.

— Дело не в этом, – мягко возразил Али и медленно надел кольцо на безымянный палец её левой руки. – Самая интересная химия не поддаётся изучению, разумному объяснению, купле-продаже и другим манипуляциям.

— О чём ты? – спросила Милана, глядя на него, как завороженная.

— О любви.

©Smolenskaya.Moscow Все права защищены. Любое копирование текста возможно только с разрешения авторов. Если Вы хотите использовать текст, пожалуйста, напишите нам.


Предыдущий эпизод: 138. Он помогает мне острее чувствовать волшебные мгновения жизни

Следующий эпизод: 140. Секрет идеального утра? Кофе, любимый и выключенные телефоны

Оглавление. Часть 4

Все эпизоды